История науки знает немало колоритных личностей, которые самой своей жизнью опровергают старый тезис о скучной судьбе ученого. Среди них — разносторонний, эпатажный генетик Джон Холдейн 1, непризнанный при жизни первооткрыватель дрейфа материков Альфред Вегенер 2 и геолог Майкл Джон Рассел (Michael John Russell), который заложил основу одной из самых влиятельных гипотез абиогенеза — зарождения жизни.
И хотя гипотеза Рассела сейчас выглядит уже не столь убедительной, она заметно повлияла на развитие взглядов на эволюцию и дала мощный импульс исследованиям происхождения жизни в целом. А сам Рассел в свои 86 лет по-прежнему остается источником вдохновения для тех, кто хочет привнести в научный мир смелые новые идеи.
Истина на дне?
В российской литературе и философии давно укоренилось понятие «проклятый вопрос». Это неразрешимые морально-нравственные дилеммы, которые кажутся вечными, непрестанно обсуждаются и в принципе не могут быть до конца решены. В биологии и науке в целом одним из таких «проклятых вопросов» можно назвать абиогенез — возникновение живого из неживого. Трудно себе представить, что мы однажды получим на него единственный исчерпывающий ответ — уж слишком давно было дело и немногое уцелело с тех пор.
Тем не менее сугубо фундаментальный вопрос абиогенеза отнюдь нельзя назвать праздным. Он помогает осмыслить само явление жизни, понять, что есть общего у всех живых организмов, и потому важен для фундаментальной биологии и не только для нее. К тому же в последние годы в исследованиях происхождения жизни наметились впечатляющие теоретические и экспериментальные прорывы, а сам абиогенез привлекает всё больше внимания исследователей и научных журналистов.
Путь к современному положению дел начался более сотни лет назад — с гипотезы «первичного бульона» Александра Опарина и Джона Холдейна [1, 2]. Конечно, их изначальное предположение выглядит сейчас крайне наивно, поскольку возникло до того, как появилась современная молекулярная биология и стало понятно, насколько сложно устроена живая клетка. Однако свое дело «первичный бульон» сделал — запустил каскад новых идей и экспериментов. Каких только объяснений для зарождения жизни не придумали ученые за последнее столетие: на берегу моря, в почве, в глинистых минералах, в горных породах земной коры и на льду, у горячих источников на суше или на дне морском. Каждая группа исследователей предлагала собственные аргументы. Одни со временем стали казаться всё менее убедительными, другие брали верх в «естественном отборе» идей. В числе самых влиятельных, популярных и в то же время внешне фантастических концепций — версии о возникновении жизни в так называемых черных и белых курильщиках [1, 3, 4]. Несмотря на близость названий, между ними больше различий, чем сходства.
Оазисы жизни в черных трубах
Черные курильщики — очень горячие гидротермальные источники, находящиеся на дне океана, — как правило, на глубине 2,5–3 км. Они действительно похожи на черные дымоходы, из которых на манер дыма валит темный раствор, насыщенный частицами, богатыми сульфидами. Это перегретая вода с температурой до 400 °C, а то и выше — такое возможно под большим океанским давлением. Черные курильщики могут занимать поля шириной в сотни метров, а выше горячий насыщенный раствор смешивается с холодной океанской водой — в результате минералы выпадают в осадок и образуются черные трубы, которые со временем растут.
Первые подводные гидротермальные источники были обнаружены в 1977 году на дне Восточно-Тихоокеанского поднятия (по сути, срединно-океанического хребта) к востоку от Галапагосских островов [5]. Работами руководил Джон Корлисс (John Corliss, р. 1936) — американский морской биолог и геофизик. Открытие сделали с помощью пилотируемого глубоководного аппарата «Алвин» (DSV-2 Alvin). Это были еще не горячие, а просто теплые источники — на несколько градусов выше фона — но вокруг них уже существовала жизнь. Двумя годами позже у побережья Мексики в районе Калифорнийского залива ученые нашли и настоящие черные курильщики с огромными температурами и характерным темным «дымом».
Взгляду ученых неожиданно предстали оазисы жизни, окруженные пустыней глубоководного дна. В поистине адских условиях там процветают экосистемы, основанные на хемосинтезирующих бактериях. В них входят не только микроорганизмы, но и довольно крупные существа. Например, погонофоры (Siboglinidae) — лишенные кишечника черви, размер которых может достигать метра и более. Корлисс почти сразу высказал предположение, что черные курильщики могли быть колыбелью жизни.
Обитатели подводных башен
Однако история на этом не закончилась: на дне океана нашлись и другие источники тепла и жизни. Их называют щелочными гидротермальными источниками, иногда используя термин «белые курильщики» (хотя он же применяется и для других видов гидротерм). Устроены они совсем иначе — на трубы не похожи и никакого «дыма» (мутного раствора) не выпускают. Это скорее белые пористые колонны или огромные башни высотой до 60 м. Впервые их нашли и описали в 2000 году в районе массива Атлантис на севере Атлантического океана на глубине 780 м. Структуры были настолько похожи на рукотворные, что это место прозвали «Затерянным городом» (Lost City) [6]. Наружу из «зданий» этого «города» просачивается теплая и даже горячая вода температурой 40–90 °C, а внутри массива Атлантис она может нагреваться до 200 °C! В целом Атлантис представляет собой купол диаметром примерно 15 км и высотой около 4 км. Это рай для специфических микроорганизмов, а вот крупной жизни там немного — главным образом губки и кораллы, встречаются также крабы и морские ежи.
Воды белых курильщиков, в отличие от черных, имеют щелочную реакцию и бедны металлами и серой, зато в изобилии содержат водород, а также метан и прочие легкие углеводороды. А породы здесь сложены не сульфидами, а главным образом карбонатом кальция, знакомым каждому в виде мела. По своему происхождению и источникам тепла белые курильщики также совсем не близки горячим черным аналогам. Действительно, массив Атлантис находится не в самой области срединно-океанического хребта, а по соседству, и тепло из глубин Земли не может «отапливать» Затерянный город. Его подогревает процесс серпентинизации — преобразования магматических горных пород, оливина и пироксена, в серпентинит, известный также как «змеевик» (от лат. serpens — «змея») [4]. В основе серпентинита — минералы на основе гидросиликата магния с общим названием серпентин. Серпентинит также содержит следы исходных соединений (оливина и пироксена) и примеси типа карбонатов, иногда — амфиболов, граната, талька и др. Серпентинит имеет зеленый цвет с пятнами разных оттенков, связанных с примесями. Скажем, белые прожилки связаны с кальцитом или доломитом. Камень применяют как отделочный, например его можно увидеть на станции московского метро «Алексеевская».
В основе процесса серпентинизации лежит гидролиз. Рожденные в мантии горные породы относительно бедны кремнием, зато богаты железом и магнием. В ходе реакции магний с кремнием формируют новую породу — серпентинит, а железо, лишенное кремния, окисляется, забирая кислород у молекул воды. Выделяется молекулярный водород, а среда становится щелочной. Водород в уникальных условиях, существующих на дне океана, может вступать в реакции с углекислым газом, растворенным в воде, образуя метан. Это называется реакцией Сабатье [7] (если вы увлечены темой освоения Марса, наверняка слышали этот термин. — Прим. ред.), а схожее получение более тяжелых углеводородов — процессом типа Фишера — Тропша. Все упомянутые химические реакции являются экзотермическими, поэтому серпентинизация значительно нагревает окружающую среду без непосредственного влияния магматического тепла. Не здесь ли, в таких щелочных гидротермах, и возникла жизнь на Земле? Эта гипотеза была одной из самых влиятельных и до недавнего времени убедительных.
Дело жизни геолога Майкла Рассела
В отличие от конкурирующих версий, концепция возникновения жизни на белых курильщиках стала, по сути, творением одного человека — британского геолога Майкла Джона Рассела [8, 9]. Он предположил, что в природном «химическом реакторе» щелочных гидротерм могли образоваться простые органические и далее биологические молекулы. Рассел изучал расположенные в Ирландии минеральные отложения возрастом 360 млн лет и предположил, что ячейки из сульфида и гидроксида железа стали структурной основой первой живой клетки. Но обо всём по порядку.
Майкл Джон Рассел родился в 1939 году. В 1950–1958 годах он учился в частной школе-пансионе Чигвелл в графстве Эссекс. После школы устроился работать на фабрику по производству аспирина в Илфорде близ Лондона, а параллельно изучал геологию и химию в Колледже королевы Марии Лондонского университета — частично на вечерних курсах, частично на дневных, куда его отпускали работодатели. Спустя пять лет он получил диплом и трудился геологом-добровольцем британской миссии, связанной с ООН, на Соломоновых островах. Рассел вспоминает о том времени в ярких выражениях: «Это был последний бастион Британской империи. Все те империалисты, которые не сумели найти работу в Канаде, Австралии или США, отправились на Соломоновы острова, так что легко догадаться, что это было за местечко. Жуткие люди». Едва геолог оказался на месте, ему представилась возможность проявить свои профессиональные знания. Его начальник показал из окна дымящийся вулкан на соседнем острове: «Он вот-вот взорвется! Что делать? Надо спасать местных жителей!» Рассел быстро освежил свои знания по вулканологии, измерил температуру в дымящихся вулканических расселинах и пришел к выводу, что извержения ждать не стоит и эвакуация не требуется.
Геолог также поработал на горнодобывающих предприятиях Канады, после чего получил докторскую степень (PhD) в области геохимии в Даремском университете (Англия). В начале 1980-х он преподавал в Университете Стратклайда, позже перешел в Университет Глазго (оба — Шотландия), также некоторое время сотрудничал с Университетом Гренобль-Альпы (Франция).
Значительной вехой в карьере Рассела стала работа в 2006–2019 годах в Лаборатории реактивного движения (Jet Propulsion Laboratory, JPL) NASA, которой управляет Калифорнийский технологический институт. До 2021 года ученый был также сотрудником Института астробиологии NASA. В 2009 году он получил медаль Уильяма Смита от Лондонского геологического общества за свой значительный вклад в прикладную геологию, а в 2018-м был удостоен медали NASA. В то время Майкл Рассел нередко появлялся на телевидении, в том числе на телеканале BBC. Но в центре его интересов всегда оставалось зарождение жизни.
В начале своих поисков Майкл Рассел пристально изучал Сильвермайнс (Silvermines) — крупное свинцово-цинковое месторождение, расположенное в Ирландии. Оно известно с X века, добыча на нем велась с XV века, а пик пришелся на 1968–1982 годы, как раз когда там впервые появился герой нашего рассказа [9].
Именно находки в Ирландии и дали начало гипотезам Рассела. Он давно подозревал, что подобные месторождения порождены гидротермальными источниками на дне древних исчезнувших морей. В подтверждение тому ученый нашел на Сильвермайнс трубки пирита — сульфида железа (II) — толщиной около миллиметра и высотой несколько сантиметров. Камни, пронизанные черными отверстиями, выглядели как миниатюрные копии гидротермальных источников. Но какими могли быть эти древние источники? В известных на тот момент черных курильщиках отверстия были на порядок больше.
Рассел вспоминает, что понять, как растут эти трубки, ему помог сын, игравший с набором «Химический сад», в котором надо было выращивать кристаллы в растворе. Как всякий ребенок, наигравшись, его сын решил эти кристаллы разломать. «Смотри, папа! — позвал удивленный мальчик. — Они внутри пустые!» И тут ученый понял: пиритовые трубки из Ирландии — это тоже «химический сад». И этот сад — идеальное место для возникновения жизни. Если в черных курильщиках потоки воды были слишком горячими для этих предположений, то в источниках, о которых думал Рассел, температура должна была быть не выше 150 °C. При ней легче «выживают» капризные биологические молекулы, но энергии хватает, чтобы химические реакции протекали достаточно быстро. Более того, пористая структура гидротерм может удерживать в себе реагирующие вещества, а затем служить прибежищем первым живым клеткам. Эти открытия относятся к 1983–1985 годам, до обнаружения действующих белых курильщиков оставалось еще полтора десятилетия, и эта гипотеза оказалась превосходным предвидением.
С тех самых пор Рассел развивал свою концепцию вместе с коллегой и единомышленником Алланом Холлом. Поначалу они не публиковали свои результаты. Много сил и времени у Рассела тогда отнимали хлопоты по спасению факультета прикладной геологии Университета Стратклайда. Факультет попал под нож сокращений государственных расходов во времена Маргарет Тэтчер и в итоге все-таки был закрыт.
К тому времени гипотеза о возникновении жизни в черных курильщиках стала вызывать всё больше критики. Идея Рассела открыла возможность думать в том же направлении, но иначе. На мысли о глубоководном абиогенезе автора также натолкнул Гюнтер Вехтерсхойзер (Günter Wächtershäuser, р. 1938), немецкий юрист и специалист по патентному праву, имевший также ряд публикаций по органической химии и генетической инженерии и проявивший горячий интерес к проблеме зарождения жизни. В 1988 году Вехтерсхойзер впервые предложил свою гипотезу «железо-серного мира» [10]. Идею поддержал его друг Карл Поппер — философ и фигура первой величины в вопросах методологии науки.
По мысли Вехтерсхойзера, первый «организм» возник на поверхности сульфидов железа в горячем гидротермальном источнике на дне моря. Это протосущество уже имело сложный состав — в том числе катализаторы, образованные переходными металлами (железом, никелем и др.). Они отвечали за фиксацию углерода из окружающей среды, нужную для превращения неорганических молекул (CO, CO2, HCN и т. д.) в органические. Последние оседали на поверхности минералов, накапливались там и благодаря способности связывать молекулы, участвующие в этих реакциях (лиганды), приобретали свойства автокатализаторов. Иначе говоря, ускоряли собственное образование. И в дальнейшем этот первый «автокаталитический метаболизм» воспроизводил сам себя и усложнялся.
Идеи Рассела и Вехтерсхойзера кажутся очень близкими. Поначалу так решил и сам геолог, попытавшись наладить контакт с возможным единомышленником. Однако ни сотрудничества, ни дружбы у них не вышло — видимо, виной тому крутой нрав обоих видных ученых.
Вначале был метаболизм
В чём сильная сторона гипотез Рассела и Вехтерсхойзера по сравнению с конкурентами — «миром РНК», гипотезой появления живого в слоистых минералах и т. д.? Они исходили из предположения, что появлению первой живой клетки должен предшествовать некий уже существующий метаболизм. Действительно, сложная биологическая система должна сама обеспечивать себя энергией, и естественно предположить, что поначалу использовался какой-то внешний и неживой источник. Готовые «минеральные батарейки», вокруг которых и развивался процесс абиогенеза.
Идеи — это хорошо, однако в естественных науках без экспериментального подтверждения они повисают в воздухе. Рассел подошел к вопросу основательно и собрал в сотрудничестве с JPL гидротермальный реактор (JPL Hydrothermal Reactor) [11]. Это две связанные алюминиевые емкости, которые призваны воссоздать условия абиогенеза в щелочной гидротерме. Одна емкость имитирует океан на ранней Земле: в воде содержится много углекислого газа и ионов железа, показатель pH равен 5,5 (слабокислый) при комнатной температуре. Вторая емкость нагрета до 130 °C, в воде много молекулярного водорода и сульфид-ионов, а pH составляет 11, что говорит о сильнощелочной реакции. Такой раствор имитирует те самые щелочные гидротермальные источники.
Вторая жидкость поступает через тонкую трубочку в первую, и они смешиваются в присутствии катализаторов — сульфидов железа и никеля. В результате на месте контакта возникает что-то вроде геля, заполненного капельками и пузырьками. Они быстро пропадают, оставляя после себя тонкие вертикальные трубочки толщиной в миллиметры. Рассел считает, что такие же структуры формируются и в его любимых щелочных гидротермах. Эти желеобразные субстанции способны задерживать и накапливать различные химические соединения. Ученые считают их прообразом мембраны клетки.
Какие преимущества имеют щелочные гидротермальные источники перед черными курильщиками? Прежде всего то, что здесь близко соседствуют среды с резко отличающимися параметрами: кислая вода с низким pH (избыток H+) снаружи и сильнощелочной раствор (их недостаток) внутри. Имеет место градиент концентрации, и ионы рвутся попасть оттуда, где их много, туда, где их почти нет. Живая клетка, как правило, сама создает этот градиент для синтеза АТФ (аденозинтрифосфата) — универсальной «энергетической валюты», которой «оплачиваются» другие процессы метаболизма. У щелочных гидротерм он уже был — и мог стать основой для строившегося вокруг него обмена веществ. А сложная молекулярная система клетки, которая, словно дамба, помогает использовать разницу концентраций ионов, развилась уже позже [1].
В начале нового тысячелетия Рассел начал сотрудничать с Вильямом Мартином (William Martin, р. 1957) — талантливым и энергичным микробиологом из Дюссельдорфского университета имени Генриха Гейне (Германия). Тот породил множество собственных смелых идей насчет абиогенеза и довольно долго — около десяти лет — продуктивно сотрудничал с Расселом. Затем их пути разошлись — опять-таки из-за непростого нрава обоих. Мартин восполнил пробелы в области микробиологии, которые мешали геологу, и предположил: самый первый метаболизм мог использовать метаболический путь Вуда — Льюнгдаля [1]. Известный также как восстановительный ацетил-КоА-путь, он достаточно прост и сейчас используется некоторыми анаэробными хемотрофными бактериями-ацетогенами и археями-метаногенами для фиксации углекислоты и получения энергии. Суть его проста: использование водорода как донора электронов и углекислого газа в качестве их акцептора и как основу для синтеза органических молекул.
Ошибаться — благородно
Вскоре щелочная гидротермальная гипотеза появления жизни стала одной из самых авторитетных в научном мире. Этому немало способствовал Ник Лейн (Nick Lane, род. 1967) — британский биохимик, профессор эволюционной биохимии Университетского колледжа Лондона, широко известный популяризатор науки. Лейн активно продвигал щелочные гидротермы на телевидении и в своих книгах, включая «Вопрос жизни» (The Vital Question) [12]. Однако вскоре Рассел, Мартин, Лейн и их единомышленники натолкнулись на множество проблем. Главная — эффективность образования и накопления органических молекул в щелочных гидротермах. Так, получение простейшей органики — муравьиной кислоты (HCOOH) — из углекислого газа гораздо эффективнее происходит под воздействием света с катализатором в виде сульфида цинка. Это модель «цинкового мира» Армена Мулкиджаняна [13]. В этом случае выход этой простой органической молекулы достиг 50 мг, а в модели щелочного гидротермального источника — в 500 раз меньше [14]!
Проблему пытались исправить Ник Лейн и его исследовательская группа. Они создали свой вариант «реактора зарождения жизни» [1, 12]. Это стеклянный цилиндр высотой и диаметром 10 см. В него поместили трубки для добавления растворов. Емкость наполнили кислым раствором, который соответствует катархейскому океану. Второй раствор, изображающий «щелочные гидротермальные воды», вводили в первый. С помощью такой нехитрой установки ученые воспроизвели полые трубки и сферы. Кроме упомянутой муравьиной кислоты, в реакторе получили и похожий на нее формальдегид. Это первый шаг к синтезу более сложной органики и биомолекул вплоть до нуклеиновых кислот. Правда, такое получалось только тогда, когда в среду добавляли уже готовый концентрированный формальдегид. То есть результаты по-прежнему неубедительны.
Более того, гипотеза щелочных гидротерм противоречит принципу биохимического консерватизма, предполагающему, что клетка сохранила внутри себя и пронесла через миллиарды лет эволюции тот химический состав, который был вокруг. Глубоководные гипотезы не могут объяснить «пристрастие» клеток к калию и цинку, а также использование самых устойчивых к ультрафиолету азотистых оснований. Вероятнее всего, абиогенез случился на поверхности Земли в каком-то богатом минералами и органикой «теплом маленьком озерце», о котором однажды в частном письме обмолвился Дарвин. Причем не в «пруду»; пруд — это всё же рукотворный водоем.
Так гипотеза абиогенеза в щелочных гидротермах если не сошла со сцены, то перестала быть основной версией происхождения жизни на Земле. Означает ли это, что работы в этом направлении были бесполезны? Скорее наоборот: необычная идея послужила общему прогрессу науки — в том числе вдохновив спорившего с ней Армена Мулкиджаняна с его гипотезой грязевых котлов [15, 16]. Кроме того, сомнительность сценария Рассела со товарищи на Земле не означает его невозможность в принципе. Поэтому сейчас «глубоководники» обсуждают возможность существования гидротерм на дне подледных океанов спутников Юпитера и Сатурна — Европы и Энцелада [17]. Космос велик, признаки жизни за пределами Земли всё никак не удается найти. А обсуждение того, как могла зародиться жизнь в подводных гидротермах на далеких планетах и спутниках, может поддержать интерес к теме и сохранить надежду, что мы не одиноки во Вселенной. Ближайшие годы и десятилетия покажут, насколько эта надежда оправдана.
Михаил Орлов
При подготовке статьи использованы материалы книги Майкла Кристофера Маршалла «Великий квест. Гении и безумцы
в поиске истоков жизни на Земле» [8]
1. Sojo V., Herschy B., Whicher A., Camprubi E., & Lane N. (2016). The Origin of Life in Alkaline Hydrothermal Vents // Astrobiology, 16(2), 181–197. journals.sagepub.com/doi/10.1089/ast.2015.1406
2. Никитин М. (2018). Разные ответы на вопрос жизни (Послесловие научного редактора к книге Ника Лейна) // Элементы большой науки. elementy.ru/nauchno-populyarnaya_biblioteka/433982/Raznye_otvety_na_vopros_zhizni
3. Ястребов С. (2016). Батрахоспермум № 24(86) — Зеленые курильщики! Батрахоспермум. batrachospermum.ru/2016/03/batrachospermum-hydrothermal/
4. Zhang S., Wang S., & Li J. (2025). Chapter 2 — Trenches, serpentinization, and the origin of life. In: Serpentinization: Geology, Geochemistry, and Biological Implications. sciencedirect.com/science/chapter/edited-volume/abs/pii/B9780443276101000065
5. Meyer T. (2026). Marvelous Deposits: The Names and Narratives of Two Hydrothermal Vent Systems. In: The Medias Sea of the High North Atlantic, Routledge. taylorfrancis.com/chapters/edit/10.4324/9781003478805-9/marvelous-deposits-tirza-meyer-susanna-lidstr%C3%B6m
6. Colman D., Templeton A., Spear J. R., & Boyd E. S. (2025). Microbial ecology of serpentinite-hosted ecosystems // The ISME Journal, 19(1). academic.oup.com/ismej/article/19/1/wraf029/8019724
7. Shibuya T., Russell M. J., & Takai K. (2020). Simulating Serpentinization as It Could Apply to the Hadean Ocean-Floor Alkaline Hydrothermal System // Astrobiology, 20(3), 361–379. doi.org/10.1089/ast.2018.1949
8. Маршалл М. (2023). Великий квест. Гении и безумцы в поиске истоков жизни на Земле. Пер. с англ. М. Орлова; науч. ред. М. Никитин. — М.: АСТ: CORPUS.
9. Whitfield J. (2009). Nascence man // Nature, 459(7245), 316–319.
10. Huber C., & Wächtershäuser G. (1998). Peptides by Activation of Amino Acids with CO on (Ni, Fe)S Surfaces: Implications for the Origin of Life // Science, 281(5377), 670–672. science.org/doi/abs/10.1126/science.281.5377.670
11. Bubbling Up Organics in an Ocean Vent Simulator // Jet Propulsion Laboratory, 2013. jpl.nasa.gov/news/bubbling-up-organics-in-an-ocean-vent-simulator/
12. Лейн Н. (2018). Вопрос жизни. Энергия, эволюция и происхождение сложности. — М.: Альпина нон-фикшн. (Оригинальное издание: The Vital Question: Energy, Evolution, and the Origins of Complex Life, Norton & Company, 2015).
13. Мулкиджанян А. Заря жизни, цинк и Луна // ТрВ-Наука, № 426. www.trv-science.ru/2025/04/zarya-zhizni-zink-i-luna/
14. Lowe D. (2017). Hydrothermal Vents Weren’t Home? // Science | AAAS (In the Pipeline Blog). science.org/content/blog-post/hydrothermal-vents-weren-t-home
15. Мулкиджанян А., Штерн Б. Колыбель жизни: геотермальные системы? // ТрВ-Наука. 2022. № 16 (360). www.trv-science.ru/2022/08/kolybel-zhizni-geothermalnye-sistemy/
16. Mulkidjanian A. Y., Bychkov A. Y., Dibrova D. V., et al. Origin of first cells at terrestrial, anoxic geothermal fields // PNAS. 2012. Vol. 109. No. 14. P. E821–E830. doi.org/10.1073/pnas.1117774109.
17. NASA/JPL–Caltech. (2014). New Study Outlines “Water World” Theory of Life’s Origins. NASA Jet Propulsion Laboratory News. jpl.nasa.gov/news/new-study-outlines-water-world-theory-of-lifes-origins/
18. Штерн Б. Е., Марков А. В., Никитин М. А. и др. Место жизни во Вселенной. — М.: Тровант; Троицкий вариант — Наука, 2025.
1 www.trv-science.ru/2020/09/nash-udivitelnyj-jbs/
2 www.trv-science.ru/2025/06/alfred-wegener-zhizn-zemnoj-kory-i-smert-vo-ldah/
Загрузка...