Между прочим, я родился в 1951 году. Время, понятно, небогатое, но и голода я не знал. Но все мои старшие родственники прошли через войну и что такое голод знали не понаслышке. И карточки у них воровали, и за мерзлую картошку единственный царский червонец отдали. Вкус американской тушёнки, доставшийся по какому-то счастливому случаю в победном 1945 году, мой дядька, а тогда еще пацан, вспоминал всю свою долгую жизнь. Побывав в Америке уже в сверхзрелом возрасте, он попробовал угоститься ей снова и вынес жесткий приговор: «Американцы уже не те, испортились!»