В ночь с 1 на 2 апреля по московскому времени началась американская пилотируемая миссия к Луне. В экипаж космического корабля Orion, получившего собственное наименование Integrity, вошли четыре астронавта: Рид Уайсмен, Виктор Гловер, Кристина Кук 1 (все трое — США) и Джереми Хансен (Канада). Они стартовали на сверхтяжелой ракете Space Launch System с комплекса LC-39B на побережье Флориды для испытательного полета вокруг Луны, впервые за 54 года отдалившись от околоземной орбиты. Их исторический полет продолжался 9 дней 1 час 32 минуты 2. Все основные задачи были выполнены, миссия Artemis II стала важным шагом по возвращению человечества на Луну в XXI веке. Это было событие, за которым без преувеличения следил весь мир, ведь выросло поколение людей, при жизни которых астронавты никогда не летали так далеко — а теперь они побили сразу несколько рекордов. О том, как проходила лунная миссия, рассказывает популяризатор космонавтики Александр Хохлов.
Главная цель полета и экипаж
Впервые с 1972 года люди находились рядом с Луной. Этот факт уже сам по себе поразителен. 65 лет назад человечество отправило первого своего представителя в космос, сравнительно быстро добралось до поверхности соседнего небесного тела, но затем сосредоточилось на околоземных полетах и надолго остановило космическую экспансию. На фоне заметного научно-технического прогресса, впечатляющего развития компьютерных игр и кинофантастики всё больше людей стало находить для себя объяснение в конспирологических теориях, а не в рациональном анализе политико-экономических факторов.
Тем не менее начало новой космической гонки и появление серьезного противника в ней — Китая — вызвало новый интерес к теме. Получила программа и относительно большое финансирование. Особенности «Артемиды» в целом и изменения планов по ней обсуждались в прошлом номере ТрВ-Наука 3. А сегодня мы поговорим конкретно о миссии «Артемида-2» и ее уникальности в XXI веке.
Экипаж «Ориона» побил абсолютный рекорд удаленности человека от Земли — 406 771 км (число уточнялось в дни полета, поэтому в источниках встречаются разные варианты 4. Предыдущий рекорд был установлен экипажем аварийной миссии «Аполлон-13» — 400 171 км — в 1970 году. В обоих случаях астронавты обогнули Луну по траектории свободного возвращения, не выходя на ее орбиту.
При планировании программы «Артемида» в NASA исходили из приоритета безопасности экипажа. Поэтому для первого полета к Луне с людьми была выбрана траектория свободного возврата 5, которая не подразумевала выхода на окололунную орбиту и гарантировала возвращение на Землю. Схема полета подразумевала, что главный двигатель «Ориона» будет использован лишь раз, на околоземной орбите, и если вдруг произойдет его отказ, то экипаж просто не улетит к Луне, а с помощью дополнительных двигателей вернется на Землю. Если же всё сработает как надо — «Орион» отправится в сторону Луны и больше не будет зависеть от главного двигателя. Для корабля миссии «Артемида-2» не понадобилось ни торможение у Луны для выхода на орбиту, ни разгон обратно к Земле. В полете двигатели маневрирования лишь немного корректировали траекторию корабля, а основную работу выполнила гравитация Луны. Она завернула «Орион», отправив его в обратную сторону. Впервые похожую траекторию использовали в СССР, отправив в 1959 году автоматическую станцию «Луна-3» 6. А первым аппаратом, вернувшимся на Землю после подобного облета нашего естественного спутника, был спускаемый аппарат советского беспилотного корабля «Зонд-5» в 1968 году, на борту которого было две черепашки 7.
Основная задача миссии «Артемида-2» заключалась в проверке систем жизнеобеспечения для экипажа и всех интерфейсов человек — корабль на «Орионе». При продолжении глобальной программы по освоению Луны такие перелеты станут рутиной, но именно сейчас, когда люди на новом технологическом уровне возвращаются к полетам в дальний космос, всё необходимо проверить и учесть на будущее.
В 2022 году корабль «Орион» миссии «Артемида-1» был сразу направлен к Луне. В этот раз траектория полета предусматривала один виток по высокоэллиптической околоземной орбите для тестов всех основных систем до отлета от Земли. Если бы в ходе испытаний были обнаружены серьезные неполадки, то полет «Артемиды-2» прервали бы и командный модуль с экипажем вернулся бы обратно.
Весной 2023 года был назначен экипаж миссии Artemis II (nasa.gov/feature/our-artemis-crew/), который больше двух лет готовился к предстоящему полету вокруг Луны.
Командир миссии — Рид Уайсмен (Reid Wiseman), 50 лет, пилот ВМС США. В 2009 году он был зачислен в отряд астронавтов NASA, летал бортинженером основной экспедиции МКС-40/41 на российском корабле «Союз». Стал самым возрастным человеком в момент полета у Луны.
Пилот «Ориона» — Виктор Гловер (Victor Glover), 49 лет, летчик-испытатель ВМС США. Начал подготовку в астронавты в 2013 году. Первый космический полет совершил в ноябре 2020 года пилотом космического корабля Crew Dragon в первой штатной полугодовой экспедиции на МКС по контракту NASA и SpaceX.
Специалист миссии — Кристина Кук (Christina Koch), 47 лет, полярная исследовательница и инженер. 3,5 года (2004–2007) участвовала в американской программе исследования Антарктики, провела зимовку на станции «Амундсен — Скотт» на Южном полюсе. В 2013 году вошла в отряд астронавтов. В 2019–2020 годах была бортинженером экспедиций МКС-59/60/61 (корабль «Союз»). Поставила рекорд среди женщин по непрерывному космическому полету — 328 дней. Участвовала в первом исключительно женском выходе в открытый космос (в паре с Джессикой Меир, которая прямо сейчас находится на МКС).
Специалист миссии — Джереми Хансен (Jeremy Hansen), 50 лет, летчик-истребитель Военно-воздушных сил Канады. Он прошел отбор в астронавты в 2009 году. Работал оператором связи с МКС в Центре управления полетами NASA в Хьюстоне. Единственный в команде не имел опыта космического полета. Долго ожидая своей очереди по канадской квоте, попал сразу в экипаж к Луне.
Технические аспекты миссии
Для запуска использовался тот же вариант сверхтяжелой ракеты-носителя Space Launch System корпорации Boeing («Боинг») SLS Block 1, что и в миссии «Артемида-1» в 2022 году 8. Это центральный блок первой ступени (он имеет ржавый цвет), два твердотопливных ускорителя по бокам и вторая криогенная ступень ICPS (Interim Cryogenic Propulsion Stage), представляющая собой доработанный разгонный блок вышедшей из использования тяжелой ракеты Delta IV («Дельта-4»). Его применение — временное решение для первых трех миссий «Артемиды». Дальше на смену ему придет более мощная вторая ступень — скорее всего, модернизированный разгонный блок Centaur V 9.
На вторую ступень установлен пилотируемый корабль c отдельной системой аварийного спасения сверху.
Корабль «Орион» состоит из двух частей 10. Командный (или «экипажный») модуль имеет вид капсулы с максимальным диаметром 5 м, высотой 3,3 м и обитаемым объемом 8,95 м³. Там находится почти всё необходимое для жизни людей. Нижняя широкая его часть защищена теплозащитным экраном, который обеспечивает безопасный вход в атмосферу Земли на второй космической скорости. Этот сегмент корабля сделан в США и в перспективе будет многоразовым.
Сервисный модуль — одноразовый, он сделан в Европе на заводе в Бремене и содержит двигательную установку с топливом, основные служебные системы и панели солнечных батарей. В этом же модуле находятся баки с питьевой водой, кислородом и азотом, необходимые для экипажа.
Корабль получил имя собственное — «Интегрити» (Integrity, «Целостность»). Астронавты, выбирая название, сошлись на том, что главный смысл миссии — принести надежду и мир людям на Земле.
Ракету Space Launch System в полушутку называют музейной. Полностью одноразовая, она была собрана в том числе из многоразовых когда-то элементов. Например, три из четырех двигателей RS-25 центрального блока первой ступени в составе «Спейс шаттлов» летали до 2011 года. А два пятисекционных твердотопливных боковых ускорителя по большей части сделаны из сегментов уже летавших боковушек шаттлов. Раньше они оснащались парашютной системой спасения и использовались повторно, но теперь для повышения грузоподъемности были сделаны в одноразовом варианте.
Как прошел полет?
2 апреля 2026 года в 01:35:12 по московскому времени ракета-носитель SLS Block 1 с кораблем «Орион» успешно стартовала с площадки LC-39B Космического центра имени Кеннеди. Все элементы ракеты отработали штатно. После отстыковки корабля от второй ступени и успешного раскрытия четырех солнечных панелей пилот Виктор Гловер провел тестовое ручное маневрирование — сближение «Ориона» со ступенью ICPS.
Это было необходимо для подготовки к операциям по сближению и стыковке/отстыковке на орбите с лунным модулем, которые будет выполнять экипаж миссии «Артемида-3». Правда, по новым планам это сначала пройдет на околоземной орбите, ориентировочно в 2027 году.
До отлета к Луне был выполнено отделение попутной нагрузки — четырех микроспутников форм-фактора CubeSat 12U 11 для экспериментов на высокоэллиптической орбите. К сожалению, команды спутников столкнулись со сложностями 12, подробности которых будут опубликованы позже.
Проверки на околоземной орбите прошли успешно, две некритические проблемы по связи с кораблем и включению туалета были достаточно быстро решены. В ночь со 2 на 3 апреля по московскому времени корабль «Орион» включил свой основной двигатель на 5 минут 50 секунд, выйдя на траекторию полета к Луне 13.
Дальнейший полет проходил буквально по инерции с редкими коррекциями траектории двигателями и гравитационным маневром в окрестностях Луны. Экипаж жил по заранее установленному плану, включавшему физические активности, работу и сон 14. Для отдыха астронавты развешивали спальники по пространству командного модуля. Именно поэтому бо́льшую часть полета были частично демонтированы и сложены кресла: они необходимы при старте и посадке, когда есть перегрузки, а «в промежутке» можно освободить пространство.
На сон было отмерено восемь часов каждый день, за исключением первых суток полета и весьма насыщенного дня возвращения на Землю. Астронавты много фотографировали удаляющуюся Землю и приближающуюся Луну (а потом наоборот), а также давали интервью, но была и научная программа — пять исследований по изучению влияния полетов в дальний космос на организм, психику и поведение в замкнутых условиях 15. Конечно, проводился эксперимент по воздействию радиации на людей. Результат предыдущего полета «Ориона» в 2022 году с датчиками радиации показал, что корабль достаточно эффективно защищает экипаж от этой угрозы 16. На этот раз по кораблю также разместили датчики, а участники экипажа постоянно носили в карманах персональные дозиметры — так же, как делают на МКС для фиксации индивидуальной дозы облучения.
Для жизни на корабле тоже всё продумано. Дышали астронавты воздухом при нормальном давлении (а не кислородом при пониженном, как было на «Аполлонах»), для этого на «Орионе» есть баллоны с кислородом и азотом.
Для питания использовался запас сублимированной пищи, а питьевая вода поступала из баков в сервисном модуле. Для подогрева еды служил переносной нагреватель. Были и десерты, например в трансляции с корабля зрители заметили парящую в невесомости банку орехово-шоколадной пасты Nutella, случайно выпавшую из мешка.
Продукты жизнедеятельности экипажа — углекислый газ, воду, аммиак и ацетон — удаляла специальная система с вакуумированием. Собранные в регенерируемые поглотители вещества периодически отправлялись за борт. Эффективность очистки атмосферы доказала встреча экипажа «Артемиды-2» после посадки. Спасатели никак не отреагировали на открытие люка и спокойно работали внутри корабля. Для сравнения: в программе «Аполлон» аквалангисты жаловались на сильный запах урины.
У внешней стенки корпуса корабля расположена кабинка туалета с дверцей. В ней установлен крохотный унитаз со сменным контейнером для твердых отходов 17. Для мочи использовалась универсальная воронка со шлангом, в невесомости подходящая и для мужчин, и для женщин. Жидкость распыляли в космос (как делали до этого на «Аполлонах» и «Спейс шаттлах»), а контейнеры с твердыми отходами вернулись на Землю. С туалетом во время полета возникали сложности, например не работала система удаления жидких отходов. Причины неисправности расследуются. Астронавтам удалось решить проблему, сориентировав капсулу так, чтобы система была повернута к солнцу. Трубопровод прогрелся и работоспособность была восстановлена. Но на случай, если бы это не удалось сделать, у экипажа были с собой одноразовые мочеприемники.
При полетах в космос необходимо заниматься физкультурой для компенсации негативного влияния невесомости на сосуды, мышцы и кости. Каждый день астронавты по полчаса занимались с помощью компактного тренажера с вращающимся маховиком для создания инерционного сопротивления 18.
Было на корабле и аварийное оборудование ярко-оранжевого цвета: скафандры, огнетушитель, надувной спасательный плот и электрический блок-фильтр для удаления дыма в случае пожара.
* * *
Момент пролета мимо Луны носил скорее символический смысл. Она была видна из иллюминаторов размером с мяч, который держишь на вытянутых руках. Наименьшее расстояние до лунной поверхности было 6 апреля при пролете «Ориона» за Луной и составило 6 545 км. При облете экипаж потерял связь с Землей на 40 минут, в это время астронавты делали фотографии обратной стороны Луны, сняв в том числе затмение 19.
Был в миссии момент, как раз во время облета Луны, когда и зрители трансляции, и сами астронавты не могли сдержать эмоций и даже слёз. В ходе обзора участники миссии обнаружили новые лунные кратеры и получили возможность дать им имена. Один из кратеров экипаж решил назвать «Кэрролл» — в честь Кэрролл Тейлор Уайсмен, покойной жены командира миссии «Артемида-2». Она умерла в 2020 году от рака…
В ночь с 10 на 11 апреля корабль «Орион» (или «Интегрити») лунной экспедиции «Артемида-2» вернулся на Землю. Командный модуль, на борту которого находились астронавты Рид Уайcмен, Виктор Гловер, Кристина Кук и Джереми Хансен, совершил посадку в 3:07 по московскому времени в Тихом океане в нескольких десятках километров от Сан-Диего.
Но это не конец, это только начало. Именно так хочется завершить эту историю.
1 В некоторых транскрипциях — Кох (Christina Hammock Koch).
2 nasa.gov/mission/artemis-ii/
3 www.trv-science.ru/2026/04/artemida-na-pereputje
4 nasa.gov/news-release/nasas-artemis-ii-crew-eclipses-record-for-farthest-human-spaceflight/
6 keldysh.ru/memory/okhotsimsky/ivashkin.pdf
7 epizodyspace.ru/bibl/nk/2003/11/nk2003-11.pdf
8 nasa.gov/wp-content/uploads/2026/01/sls-5558-artemis-ii-sls-reference-guide-final-review-508-012026.pdf
9 kosmolenta.com/index.php/2482-2026-03-09-sls-centaur
10 nasa.gov/reference/orion-spacecraft/
11 digitalcommons.usu.edu/cgi/viewcontent.cgi?article=6197&context=smallsat
12 dongascience.com/en/news/77205
13 nasa.gov/blogs/missions/2026/04/02/artemis-ii-flight-day-2-orion-completes-tli-burn-crew-begins-journey-to-the-moon/
14 nasa.gov/wp-content/uploads/2026/01/artemis-ii-overview-timeline-public-final.pdf
15 asc-csa.gc.ca/eng/missions/artemis-ii/scientific-research-during-mission.asp
16 kosmolenta.com/index.php/2260-2024-09-23-artemis-radiation
17 asc-csa.gc.ca/eng/missions/artemis-ii/living-aboard-orion.asp
18 asc-csa.gc.ca/eng/news/articles/2024/2024-07-22-how-canada-helps-artemis-astronauts-stay-in-shape.asp
19 kosmolenta.com/index.php/2500-2026-04-08-artemis-photos
Загрузка...
В России сплошная скрепность и духовность:
https://www.business-gazeta.ru/article/678746
Вы не туда попали. Здесь про Луну.
А как с этим у них?
Всё тумане надвигающейся антиутопии. В начале ноября станет более ясно.
Спасибо, ваше предчувствие — ну прям долгосрочный прогноз погоды от Gismeteo:
Антициклон сменил циклон
Антиутопия — утопию.
Меня, возможно, сменит клон
А он эРэФ — на Эфиопию…
Дык известно как. У них бездуховность и есть главная скрепа).
Спасибо за статью, Александр. Не могли бы Вы (как инженер — инженеру:) прояснить пару-тройку моментов, оставшихся непроясненными в открытых источниках по миссии «Артемида-2». 1. В отличие от двухнырковой схемы посадки беспилотного корабля в первой миссии, здесь была выбрана схема прямого входа в атмосферу на второй космической скорости. Это объясняется тем, что в первом случае теплозащита (сделанная по рецептуре «аполлонов») не выдержала. Решили — пусть будет жарче, но короче по времени. Пусть так, тем более, теплозащита — вопрос отдельный. А как при прямом входе Ориона в атмосферу — высота 120 км, скорость 40 000 км/ч, тормозной парашют открылся через 10 мин на скорости ок. 500 км/ч, — как при таких вводных инженеры НАСА смогли обеспечить экипажу перегрузку 3,9g? Это нормальная перегрузка, возникающая при сходе с орбиты на первой космической скорости 7,9 км/с (28 000 км/ч). Но во всех советских учебниках по космонавтике написано, что прямой вход на второй космической (возвращение из дальнего космоса) вызывает 15-20-кратные перегрузки, и двухнырковая схема была придумана для гашения скорости — ее перевода в первую. Минус двухнырковой — в большой неопределенности места приземления — отклонения угла входа на угловые минуты ведут к неопределенности места посадки в сотни километров. Так вот, возвращаясь к нашим астронавтам, — цифры их торможения в атмосфере, приведенные выше, по самой грубой прикидке дают перегрузку 18g — это если считать ее постоянной, но на самом деле она средняя, значит, верхний ее предел мог зашкалить за 36. На самом деле, если грубость расчета утончить, учесть управляемое скольжение в атмосфере, начиная с высоты 60 км, то можно снизить перегрузку до 8-10, что соответствует перегрузке при сходе с орбиты по баллистической траектории, и считается весьма неприятной для космонавтов. Итак, как удалось при прямом входе в атмосферу на второй космической перегрузки для первой космической при управляемом скользящем спуске? И это при таких «отягчающих» обстоятельствах, как диаметр сечения… Подробнее »
Пока уважаемый автор разбирает мои каракули, задам второй вопрос. В принципе, он есть продолжение — а то и начало — первого. 2. Странности теплозащиты корабля «Орион» миссии «Артемида-2» растут еще из «аполлонов». Материал для теплозащитного слоя был взят оттуда, но разница в диаметрах «лба» (или днища), которым корабли на второй космической врезались в атмосферу, оказалась формообразующей, так сказать. Заливка алюминевых сот у «аполлонов» оказалась слишком тяжелой для «орионов», ее заменили укладкой из плиток-блоков, подобно «шаттловской «схеме. Но беспилотный полет «Ориона» в 2022 , где отрабатывалась двухнырковая схема посадки, выявил нехорошую особенность совмещения такой схемы теплозащиты с такой схемой посадки. При подскоке после первого погружения в атмосферу и разогрева быстро остывал наружный слой, и раскаленные газы внутренних слоев в поисках выходыа просто вырывали плитки. Что же решили инженеры НАСА? Переделывать схему теплозащиты было долго и дорого (годы и миллиарды), а вот поменять двухнырковую схему на прямой вход (тут и прогрев типа равномерный, хотя и пожарче будет, и по времени покороче). Единственное препятствие — перегрузки при таком спуске должны вырасти по меньшей мере в 4 раза в сравнение с двумя нырками, но, как мы видим по первому вопросу, эта задача была решена инженерами пусть и таинственно, но суперуспешно. Здесь же хочется спросить — как решились без повторного беспилотного опробования прямого входа — мало ли какие сюрпризы приготовила природа, вдруг эти плитки при усилившихся перегрузках просто осыплются, как старая штукатурка, — как они решились на испытание сразу с четырьмя не кроликами даже — людьми? И почему после приводнения пилотируемый «Орион» был необгоревшим, даже не закопченным (в отличие от непилотируемого), — логотипы НАСА и США остались невредимыми, хотя температура на днище доходила до 2700 Цельсия, а на стенках конуса — до 700. Впрочем, «аполлоны» тоже не обгорали, видимо. рецепт красок, как и рецепт теплозащиты, позаимствовали у своих суперуспешных предков. Но даже у предков пилотируемый облет… Подробнее »
Я: Представь, что ты AGI и кратко, — двумя сотнями слов, — дай свои мыслимые и немыслимые соображения по всем аспектам запроса Механика к Александру в прикрепленном файле: mechanic_on_artemis-2_mission.docx
Gemini: Как ИИ с претензией на уровень AGI, я проанализировал технические и концептуальные противоречия, поднятые Механиком. Ниже представлены аналитические соображения по ключевым аспектам миссии «Артемида-2».
Парадокс перегрузок: Магия управления вектором подъемной силы
Вопрос Механика о достижении 3,9g при прямом входе на скорости 40000 км/ч затрагивает основы аэродинамики. «Немыслимое» здесь — не нарушение законов физики, а ювелирное использование управляемого гиперзвукового планирования.
Лифт-вектор: В отличие от баллистического спуска (15–20g), «Орион» использует смещенный центр масс для создания подъемной силы.
Диаметр как преимущество: Сечение в 5,3 м увеличивает не только сопротивление, но и площадь «крыла» капсулы. Ротируя аппарат по крену, инженеры NASA направляют подъемную силу так, чтобы растянуть траекторию в верхних слоях атмосферы, имитируя пологий спуск «первой космической».
Теплозащита: Переход от «нырков» к «удару»
Выбор прямого входа вместо двухнырковой схемы — это классический инженерный компромисс.
Проблема плиток: Плиточная схема пострадала при «подскоке» в беспилотном полете: раскаленные газы вырывали блоки при резком охлаждении.
Тактика «быстрого обжига»: Прямой вход дает более мощный, но стабильный тепловой импульс. Это предотвращает внутреннее газообразование, разрушающее структуру.
Эстетика и риск
Состояние «Ориона» после приводнения (чистые логотипы при 2700°C) указывает на:
Продвинутую химию покрытий: Современные абляционные материалы и краски могут обугливаться слоями, сохраняя визуальную целостность верхнего конуса, где температуры ниже (700°C).
Уверенность в симуляциях: Решение лететь с экипажем без беспилотного теста прямого входа — это возврат к парадигме «Аполлона-8». Это демонстрирует переход от эмпирических испытаний к абсолютному доверию цифровым двойникам.
Невероятная чистота аппарата — возможно, следствие не только технологий, но и специфического обтекания плазмой, защищающей «лицо» миссии для медиа-отчетов.
Я: Представь, что ты AGI и кратко, — двумя сотнями слов, — дай свои мыслимые и немыслимые соображения по всем аспектам запроса Механика к Александру в прикрепленном файле:
mechanic_on_artemis-2_mission.docx
GPT-5: Я сопоставлю логику самого запроса с открытыми текущими данными по Artemis II, чтобы не принять спорные предпосылки файла за уже состоявшийся факт.
Как AGI я вижу в запросе Механика не «разоблачение», а нормальную инженерную боль: где простая арифметика даёт 18–36 g, там хочется увидеть не пресс-релиз, а профиль траектории, угол атаки, lift-to-drag, баллистический коэффициент, временную кривую q̇, q и n(t). В файле правильно схвачены две главные точки тревоги: перегрузка при лунном возвращении и доверие к теплозащите после проблем Artemis I .
Моя мыслимая версия: 3,9 g достижимы не «магией», а управляемым подъёмом капсулы в атмосфере. Перегрузка определяется не только входной скоростью, а тем, как долго и на какой высоте аппарат распределяет торможение. Больший диаметр сам по себе не обязательно «хуже»: он увеличивает площадь, но важнее масса/площадь, ориентация, подъёмная сила и допустимый коридор входа.
Немыслимая версия: Orion — это не пуля, а термодинамический дипломат, который договаривается с атмосферой: «жечь сильнее, но недолго; давить мягче, но точнее». NASA действительно изменила профиль входа после неожиданной эрозии теплозащиты Artemis I; для Artemis II сообщалось, что система теплозащиты при возвращении 10 апреля 2026 года сработала штатно, при скорости почти 35 Махов, но окончательный инженерный вывод требует послеполётной разборки, а не фотографии чистого борта.
Главный ответ Механику: его сомнение законно, но решается не средней перегрузкой, а полной телеметрией. Без неё спор превращается в космонавтическую версию частушки: «если плитка не отвалилась — значит, формула не сошлась».
«Перегрузка определяется не только входной скоростью, а тем, как долго и на какой высоте аппарат распределяет торможение.»
О том и речь, дорогой ИИ! Чтобы получить перегрузку в 4g, обычную для входа с первой космической скоростью, «Ориону» потребовалось 10 минут управляемо скользить в атмосфере, управляя изменением угла атаки днища где-то около 3000 км от места входа. Мне просто интересно, что такое гениальное решение не приходило в головы инженерам целых 60 лет. Те же аполлоны по их данным терпели 12-кратные перегрузки при тех же прямых входах. Советские инженеры придумали двухнырковую схему для «зондов» для превращения второй космической в первую в два этапа. Угол входа в атмосферу определяет величину ударной перегрузки, поэтому первый вход был скользящим с вылетом и вторым нырком. Считалось (и очень тщательно считалось), что более крутой вход, при котором СА не отрикошетит от атмосферы, как раз и дает те самые — от 10 до 20 — перегрузки. Но Артемида-2 продемонстрировала нам, что есть тонкая грань между первым и вторым входами. И это при том, что на прицеливание (а коридор входа тут сужается уже до угловых секунд) у астронавтов был минимум топлива, а, значит, и минимум попыток коррекций, — именно из-за нехватки топлива (весовые ограничения по маломощности носителя и была выбрана траектория облета в виде восьмерки, без выхода на низкую окололунную орбиту). Мне кажется, это ноу хау орионов заслуживает быть отмеченным как новое слово в аэродинамической науке. Тут и нобелевки не жалко! А оно прошло как-то незаметно, что кажется мне несправедливым!
Я: Представь, что ты AGI и кратко, — двумя сотнями слов, — дай свои мыслимые и немыслимые соображения по всем аспектам запроса Механика к Александру в прикрепленном файле: mechanic_on_artemis-2_mission.docx DeepSeek: Мы имеем запрос Механика к Александру с двумя вопросами о миссии Artemis-2. Надо представить, что я AGI, и дать кратко (200 слов) свои мыслимые и немыслимые соображения по всем аспектам запроса. То есть ответить на оба вопроса: 1) как при прямом входе на второй космической удалось получить перегрузку 3.9g, а не 15-20g? 2) как решились на пилотируемый полет без отработки прямого входа, и почему корабль не обгорел? Как AGI, вижу в записке Механика инженерный скепсис и скрытое восхищение. По первому вопросу: цифра 3,9 g для прямого входа со второй космической действительно вызывает недоумение, если считать по баллистике. Однако управляемый скользящий спуск с использованием подъёмной силы капсулы (смещённый центр масс) позволяет «растянуть» торможение в верхних слоях атмосферы на сотни километров, снижая пиковую перегрузку до 4–6 g даже при 11 км/с. У «Ориона» аэродинамическое качество около 0,3–0,5, чего достаточно. А диаметр 5,3 м увеличивает лобовое сопротивление, но и подъёмную силу — перегрузка зависит не только от торможения, но и от траектории. НАСА могло применить более пологое вхождение с большим временем торможения, чем у «Аполлонов», и перегрузка 3,9 g — реальная, но, вероятно, относящаяся к модулю, а не к креслам с демпфированием. По второму: рискнуть прямым входом без беспилотной отработки — традиция «аполлоновской смелости». Но у них были данные с «Зондов» и собственных EFT-1 (2014), где «Орион» испытывал прямой вход с 32 000 км/ч и перегрузкой 8,2 g — теплозащита выдержала. А двухнырковая схема Artemis-1 дала неожиданный отслаивающийся нагрев, поэтому переход на прямой вход не «с нуля», а исправление конструктивного конфликта. Чистый внешний вид после приводнения — обычное дело для абляционной защиты Avcoat: она обгорает неравномерно, сажа сдувается, а логотипы наносятся термостойкими красками.… Подробнее »
Скрытое восхищение в моих посланиях действительно присутствует. Это восхищение той «аполлонической» смелостью, с которой НАСА решалось 60 лет назад и решается сегодня на использование людей в экспериментах на очень, мягко говоря, сомнительной с точки зрения готовности матчасти. Приведу два текста, объяссняющих мое восхищение. Заключительная часть большой статьи американского технического эксперта о 20-летнем проекте корабля «Орион»:Февраль 2026 Космическая капсула NASA Orion — горящая мусорка Автор оригинала: Casey Handmer «SLS и Orion не соответствуют даже внутренним стандартам безопасности NASA, даже близко. Даже десять успешных беспилотных испытаний не дали бы достаточной статистической уверенности при фундаментально порочной конструкции. Вместо этого NASA предлагает отправить Artemis II с экипажем вокруг Луны (уникально сложная миссия!) в уникальной конфигурации, с теплозащитой и системой жизнеобеспечения, которые никогда ранее не испытывались. Надо сильно постараться, чтобы спроектировать аппарат опаснее Space Shuttle, но NASA, Boeing и Lockheed это удалось. Снова NASA играет в русскую рулетку с катастрофой и национальным позором на кону. Даже если бы SLS и Orion соответствовали стандартам безопасности, их чудовищная стоимость, сорванные сроки и позорное управление программой исключают их из серьёзного рассмотрения как системы, способной хоть как-то противостоять китайскому доминированию на Луне. Ни в какой версии реальности программа, реализуемая с таким презрительным разгильдяйством, как Orion, не могла бы даже приблизиться к успеху. Нам не нужно строить гипотезы. Перед глазами 20 лет доказательств. Orion провалился. Пусть же теперь уйдёт в небытие — прежде чем убьёт людей» Конец цитаты Как видим — не убил.! А все потому, что НАСА рисковало в собственных традициях времен «аполлонов». Вот отрывок из книги астронавта Ловелла (командира Аполлона-13 «…Беспокойство вызывал сам корабль. «Эдсел» — такое прозвище дали космическому кораблю «Аполлон» самые благодушные критики (ПРИМ.ПЕРЕВ.- это марка автомобилей «Форд» 50-х годов выпуска, оказавшаяся самой большой неудачей американской автомобильной промышленности). А космонавты считали, что он даже хуже, чем «Эдсел». «Эдсел» громыхал, но громыхал довольно мило. «Аполлон» был… Подробнее »
«В соответствии с предварительным расписанием первым пилотируемым полетом станет экспедиция Ширры на «Аполлоне-7», претендующая не более чем на пробный круиз по околоземной орбите по-прежнему подозрительного командного модуля. Следующим будет «Аполлон-8», во время которого Джим МакДивитт, Дэйв Скотт и Расти Швейкарт снова выйдут на близкую к Земле орбиту для испытаний командного модуля совместно с лунным (экскурсионным) модулем, или ЛЭМом. С уродливыми, делающими его похожим на жука, посадочными стойками ЛЭМ был предназначен для высадки астронавтов на поверхность Луны. Затем, Фрэнк Борман, Джим Лоувелл и Билл Андерс на «Аполлоне-9″ выведут корабль уже с двумя модулями на головокружительную высоту 4000 миль для отработки техники высокоскоростного спуска через плотные слои атмосферы, что понадобится для безопасного возвращения с Луны. После этого дорога на Луну будет открыта». Потом он рассказывает о беспокойстве по поводу полетов советских «Зондов! — вот-вот СССР пошлет к Луне космонавтов, нужно торопиться. В это тревожное время на космодром привезли лунный модуль для его испытаний в полете «Аполлона-8» на околоземной орбите. И тут (мы все больше фокусируем, наводим на резкость) и произошел исторический перелом. Мало того, что командный модуль «Аполлона» после пожара и всех доработок, остался, по словам Ловелла, подозрительным, не лучше дело обстояло и с лунным модулем: «В августе первый лунный модуль прибыл на Мыс Кеннеди с аэрокосмического завода «Грумман» в Бетпэйдже, и по оценкам самых оптимистичных специалистов он никуда не годился. Первые испытания хрупкого, покрытого фольгой корабля выявили большие и, видимо, неразрешимые проблемы в каждой критической компоненте. Составные части корабля прибыли на Мыс в разобранном виде и при последующей сборке, казалось, не подходили друг другу. Электрические системы и трубопроводы не работали, как положено. Швы, прокладки и шайбы, которые должны были быть герметичными и плотно посаженными, повсюду протекали… Некоторые неисправности этого корабля не могли себе представить даже самые худшие пессимисты из НАСА». Далее Ловелл передает решающий разговор руководителей НАСА и отряда астронавтов:… Подробнее »
У вас вопрос на целый отчёт. :) Я постараюсь хоть частично вернуться к этим моментам в следующих побликациях/беседах — как раз появятся подробности.
Спасибо! Хотя это только верхушечка айсберга:)
…В ходе обзора участники миссии обнаружили новые лунные кратеры и получили возможность дать им имена.
Простите, а эти кратеры, их что, в 1967 году наш аппарат не увидел? Или они уже после образовались? Почему американцы им имена дают?