Все маски, о которых мы говорили до сих пор, при всем разнообразии их философских функций, объединены одной общей чертой: они владеют своей речью. Арлекин болтает без умолку, но его болтовня — это поток, которым он управляет. Коломбина молчит, но ее молчание — сознательный выбор. Капитан порождает гиперболы, но он знает, что их произносит. А теперь перед нами маска, которая не владеет своей речью. Точнее, речь не владеет собой. Она спотыкается. Заикается. Застревает на одном слоге. Повторяет его снова и снова — и не может сдвинуться с места…
Метка: комедия дель арте
Пульчинелла и онтология выживания
Все маски при всей их философской глубине остаются в пределах одной жизни. Арлекин падает — и встает. Панталоне запирает кошелек — и теряет его. Капитан получает удар палкой — и продолжает говорить. Доктор говорит — и говорит, и говорит. Но никто из них не переступает черту. Никто не умирает по-настоящему, всерьез, окончательно. Теперь перед нами маска, которая умирает постоянно. И постоянно воскресает. Пульчинелла — самая загадочная, самая древняя и самая философски нагруженная фигура комедии дель арте…
Неудобная шпага. Капитан и производство реальности из ничего
В предыдущих колонках мы двигались от тишины к молчанию: от кладбищенской тишины похорон Живаго — через грохот арлекинских падений — к безмолвному взгляду Коломбины. Теперь в комедию входит голос. Вернее, Голос — с большой буквы, голос, который не говорит, а извергает, не сообщает, а провозглашает. Это Капитан. Если Арлекин — тело комедии дель арте, а Коломбина — ее взгляд, то Капитан — ее речь. Точнее, ее логос в том виде, в каком логос предстает перед нами после крушения всех гарантий…
Нулевая маска: Коломбина и онтология взгляда
В предыдущих колонках мы двигались от грустного к смешному: от похорон Живаго — к кувырку Арлекина, от отсутствия собеседника — к философии заплаты. Теперь мы должны сделать следующий шаг, и он окажется, возможно, самым неожиданным во всей серии. Среди всех масок комедии дель арте есть одна фигура, которая не носит маски. У нее открытое лицо. Она говорит меньше всех, а когда говорит — кажется, что ее реплики незначительны: «да, синьор», «нет, синьор», «как вам будет угодно». В сценариях она часто обозначена просто как «служанка» или «наперсница». У нее, в отличие от Арлекина, нет разработанной системы лацци. У нее, в отличие от Панталоне, нет ярко выраженного комического порока. У нее, в отличие от Капитана, нет…