В предыдущих колонках мы двигались от тишины к молчанию: от кладбищенской тишины похорон Живаго — через грохот арлекинских падений — к безмолвному взгляду Коломбины. Теперь в комедию входит голос. Вернее, Голос — с большой буквы, голос, который не говорит, а извергает, не сообщает, а провозглашает. Это Капитан. Если Арлекин — тело комедии дель арте, а Коломбина — ее взгляд, то Капитан — ее речь. Точнее, ее логос в том виде, в каком логос предстает перед нами после крушения всех гарантий…
Метка: Арлекин
Нулевая маска: Коломбина и онтология взгляда
В предыдущих колонках мы двигались от грустного к смешному: от похорон Живаго — к кувырку Арлекина, от отсутствия собеседника — к философии заплаты. Теперь мы должны сделать следующий шаг, и он окажется, возможно, самым неожиданным во всей серии. Среди всех масок комедии дель арте есть одна фигура, которая не носит маски. У нее открытое лицо. Она говорит меньше всех, а когда говорит — кажется, что ее реплики незначительны: «да, синьор», «нет, синьор», «как вам будет угодно». В сценариях она часто обозначена просто как «служанка» или «наперсница». У нее, в отличие от Арлекина, нет разработанной системы лацци. У нее, в отличие от Панталоне, нет ярко выраженного комического порока. У нее, в отличие от Капитана, нет…
Здесь нет собеседника: между Живаго и Арлекином
Есть один жест, который повторяется в русской культуре XX века с навязчивостью дурного сна — и с точностью философского аргумента. Человек пишет, говорит, мыслит. Вокруг — институты, специально созданные для того, чтобы это письмо, речь и мысль принимать: редакции, кафедры, академии, грантовые комитеты. И вот этот человек умирает или его выгоняют с факультета, или ему отказывают в финансировании проекта. И вдруг — после — выясняется, что читатели были. Собеседники были. Просто они не совпали с инфраструктурой. Этот жест мы хотим сделать точкой отсчета для новой серии «Лацци бытия» — попытки продумать философию комедии дель арте не как историко-театральный курьез, а как онтологическую модель существования мысли в ситуации, когда здесь нет собеседника.