Кошачий след в творчестве Агаты Кристи

Арсений Богатырёв
Арсений Богатырёв

Канд. ист. наук Арсений Богатырёв, автор серии публикаций о королеве детектива 1 на страницах ТрВ-Наука, на сей раз решил изучить, какие следы в книгах леди Агаты были оставлены кошками.

Среди вопросов, которые задавал свидетелям бельгийский детектив Эркюль Пуаро, были вопросы и о животных 2. В целом у Агаты Кристи упоминается много представителей фауны, встречается даже крокодил. Не забывает писательница и о насекомых: например, в «Убийстве на поле для гольфа» капитан Артур Гастингс, компаньон Пуаро, сравнивает улику с пчелой 3; перепончатокрылое в качестве «ключа» видим в «Загадке Эндхауза». Исследователи пока лишь осторожно подступают к изучению творений леди Агаты с точки зрения зоологической составляющей, хотя уже были попытки рассмотреть их с позиций экологических 4.

Чаще всего, конечно, в книгах писательницы встречаются не экзотические существа, а собаки и кошки. Как заядлая собачница, Кристи обожала своих четвероногих товарищей, сделав одного из них можно сказать главным героем романа «Безмолвный свидетель». Собаки — часть традиционного уклада Англии, тема бесед сельских сквайров. Прогулки с собакой упоминаются в строках стихотворения из романа «Лощина»:

The days passed slowly one by one.
I fed the ducks, reproved my wife,
Played Handel’s Largo on the fife,
Or gave the dog a run…

Процитировавшая их Генриетта Сэвернейк 5 не указала автора — английского писателя и поэта Гарри Грэхэма 6 (Harry Graham, 1874–1936). Выбор стихов именно Грэхэма, думается, не случаен — ему, как и Кристи, была присуща склонность к гротеску и черному юмору. Сэр Гарри, на фотографии 1904 года подозрительно похожий на Эркюля Пуаро, в своих “Ruthless Rhymes” (1898) придал мрачный оттенок детским стишкам (излюбленный прием и леди Агаты).

Агата Кристи. 1920-е годы
Агата Кристи. 1920-е годы

Отпечатки собачьих лап виднеются во многих работах романистки, не только в «Безмолвном свидетеле». Так, в «Убийстве на поле для гольфа» Пуаро сетует на графиню Форфанок, которая обратилась к нему с малозначительной, на его взгляд, просьбой: найти ее комнатную собачку 7. В дальнейшем этот случай ляжет в основу рассказа «Немейский лев», в котором сыщик уже не побрезгует поисками исчезнувшего пекинеса. В «Миссис Макгинти с жизнью рассталась» выдуманная Кристи детективная писательница Ариадна Оливер сочиняет историю о вязаном жакете, которая в романе «Слоны помнят» дополнится золотистым ретривером. В то же время леди Агата относилась к своему увлечению трезво — понимала, что не все могут разделять ее восхищение. Миссис Макгинти не нравились собаки, зато в числе ее любимцев были кошки 8. Кошачьи не всегда благодушны по отношению к псам, вот и уподобленная кошке Анна Шапленд обзывает разоблачившую ее миссис Эпжон «сукой» 9.

Гуляющие сами по себе

Хотя Кристи и была в лагере собачников, кошкам у нее вполне комфортно. Больше всего информации о повадках кошачьего племени содержится в ее рассказе «Странное происшествие с сэром Артуром Кармайклом» и романе «Часы». Согласно сюжетной канве «Странного происшествия» 1933 года, напоминающего мистический детектив, посредством колдовства Кармайкл и кот обмениваются душами. Рассказ близок к опубликованному в 1937 году «Безмолвному свидетелю», вот только роль «немого» играет роскошный перс 10. Мысль о «захвате» тела по личным мотивам и переселении души в другое «вместилище» прослеживается, например, у Герберта Уэллса («История покойного мистера Элвешема»), Говарда Лавкрафта («Тварь на пороге») и т. д.

Кристи излагает свои взгляды на повадки кошачьих, что находит отражение в чертах зачарованного сэра Артура: «…Его неподвижная фигура казалась абсолютно расслабленной. Сначала я подумал, что он не осознает нашего присутствия, но потом заметил, что его глаза наблюдают за нами из-под опущенных век…» 11 В «Часах» раскрывается независимый и своенравный характер кошек: «Влезла на дерево, а обратно никак. Я пыталась приманить ее рыбой… Тогда я оставила ее в покое и пошла в дом… Только я вошла, как она слезла и побежала следом…» 12 Эти животные, согласно Кристи, делают лишь то, чего захотят, в основе их поведения лежат «правила, которые они сами себе создают». Судя по всему, романистка соглашается с Редьярдом Киплингом, написавшим сказку «Кошка, которая гуляла сама по себе».

Относительно пищевых пристрастий кошачьих: в «Странном происшествии» создается впечатление, что они питаются исключительно молочными продуктами. Однако современные исследования говорят нам о том, что это далеко не самая лучшая пища для «котиков» 13. Хищная суть кошачьих проявляется в фрагменте с описанием охоты: «Серый кот медленно и бесшумно крался по лужайке. Я решил, что объект его внимания — маленькая стайка птиц, которые чирикали и чистили перышки неподалеку…» 14

Плотоядная кошачья натура требовала крови, и в истории Артура Кармайкла ее оказывается предостаточно: призрак кота совершает атаку на леди Кармайкл, нанеся ей тяжелые раны острыми когтями (особенно пострадала шея). В связи с этим следует обратить внимание на одно интересное обстоятельство — упоминание в рассказе медного бука. Напомним, в истории Артура Конан Дойла «Медные буки» злобный Джефро Рукасл, зачинщик всего темного дела, оказывается жертвой своих коварных планов: на него нападает спущенный им же пес, который терзает его шею. Леди Кармайкл, околдовавшая сэра Артура, также страдает от собственных козней, но орудием возмездия оказывается не пес, а кот.

Кошкин дом

Среди недостатков «кисок» — не только острые коготки. Кристи не раз отвлекалась на характерный запах, который сохранялся в местах обитания этих животных. «Минусом» выступает и осыпающая всё заметным слоем кошачья шерсть: «По всем столам, стульям были раскиданы щетки и гребешки с кошачьей шерстью…» 15. Шерсть является одним из провоцирующих факторов аллергии. Можно лишь сострадать аллергику Хардкаслу: «Как обычно происходит в таких случаях, все кошки тотчас же устремились к нему. Одна вскочила на колени, другая потерлась о брюки. Инспектор… поджал губы и терпел…» 16 Еще одна проблема, о которой поминается в «Береге удачи», — это глисты, способные передаваться человеку. Кошка, которую рвало, стала испытанием для Эркюля Пуаро, пребывающего в доме Саммерхейзов.

Но у кошек имеется большое число почитателей. «Я очень люблю кошек» 17, — исповедуется в «Часах» Колин Овн. Кошатники изображаются помешанными на своих любимцах: «Вон там… живет Маркиза Каррабаса… Она похожа на кота в сапогах. И у нее ужас сколько кошек…» 18 Речь шла о миссис Хемминг, которая являет нам ярчайший пример людей подобного рода. Беззаветно преданная питомцам, Хемминг отменно их кормит и страшно расстраивается, если кто-то осмеливается усомниться в безграничности ее любви. Для нее кошки составляют целый мир, она ослеплена ими, не замечая даже убийство. Однако миссис Хемминг мила не только с «котейками», но и с собаками 19.

Пищу для размышлений дают клички кошек. Одну из своих красавиц миссис Хемминг называла Шаша-Мими (Shah-Shah-Mimi) 20. С французского языка shah переводится как «шах», а mimi значит «котеночек». Другую кису звали Арабеллой. Этот и некоторые другие моменты сближают «Часы» с «Безмолвным свидетелем», в котором встречаем Арабеллу — двуличную супругу доктора Таниоса. Верно разместив эти романы рядком, авторы нового исследования о Кристи, Хоупы 21, с преувеличенным восторгом отозвались о «разнообразии» сюжетов у Кристи, хотя сами же указали на их повторяемость. Но Арабелла — довольно древнее и известное имя в Англии и Шотландии. Его носительницами были выдающиеся леди, например претендентка на английский престол Арабелла Стюарт или любовница короля Якова II Стюарта Арабелла Черчилль. «Арабелла» — опера Рихарда Штрауса; как пианистка прославилась в свое время Арабелла Годдард (1836–1922). Так что причин назвать подобным образом кошку — множество.

Всё это в полной мере соответствует представлениям о характере кошачьих с их высокомерием и «аристократической» холодностью. Об этой их черте вспоминает Колин Овн: «Кот едва ли обратил внимание на мои слова. Он повернулся ко мне спиной и махнул хвостом…» 22 Колину оставалось только смиренно пробормотать «прошу прощения, ваше величество», кот же в ответ «холодно взглянул… через плечо и принялся с усердием умываться». Помимо этого, кошкам присущи некоторые жестокие наклонности, им явно нравится играть с жертвой: кот в «Часах» с «восторгом» и «сладострастием» издевался над бедным инспектором Хардкаслом.

Разумеется, не все умиляются «пушистыми комочками». В «Странном происшествии» герой отмечает такую черту некоторых своих современников, как необычное отвращение к кошкам 23. Миллионер Бенедикт Ферли из рассказа «Сон» ненавидел кошек. В романе «После похорон» Кристи пытается как-то обосновать данную неприязнь: «Портят клумбы и к тому же… не выношу их мяуканья…» 24. Жестокость по отношению к кошкам нередко проявляют дети, склонные вымещать свою злость на тех, кто слабее их. В романе «Миссис Макгинти с жизнью рассталась» одну из подобных сцен наблюдает миссис Оливер: «…На ступеньках… резвились два малоприятных сорванца, с радостным блеском в глазах они мучили кошку… Кошка вырвалась, пустив в ход коготки…» 25

Hello Kitty

Те, кто впустили в свое сердце любовь к чудным созданиям, бывают вознаграждены общением с ними. В том, что кошки умны 26 и способны к пониманию человеческой речи, убежден Колин Овн: «Я знаю, что ты умеешь, умеешь не хуже меня… Но вот говоришь ты только по-своему. Тогда ведь тоже сидел здесь, видел, кто входил, кто выходил из дома…» 27

Кошатники пытаются вести с ними беседу 28. Так поступала миссис Хемминг, издававшая нечто вроде «пения» или «воркования». Кошачье мурлыканье — не бессмысленные звуки, оно отличается мелодичностью, в нем могут выражаться настойчивость, гнев и многие другие чувства и их оттенки. Историю о замогильных криках кота в «Странном происшествии» Кристи явно позаимствовала из «Черного кота» Эдгара По. Но кошки способны общаться и беззвучно: «Мне снилось, что серый кот сидит в ногах моей кровати и смотрит на меня с какой-то непонятной мольбой… Подойдя к стене, он поднял передние лапы и положил их на нижнюю полку, устремив на меня… умоляющий взгляд…» 29 Фрагмент частично перекликается с «Кармиллой» Джозефа Шеридана Ле Фаню: «…И тут я заметила, что у подножия кровати что-то мелькнуло… Это было… животное, напоминающее громадного кота…» 30

Одна из ярких особенностей этих животных — способность широко зевать. Касаясь манер похожего на кота сэра Артура, Кристи писала: «Он… широко зевнул… Казалось, будто вместо лица у него остался только разинутый рот…» 31 Эта особенность впоследствии использовалась романисткой для описания хищных черт человеческих существ. Так, миссис Вандерлин в «Невероятной краже» «улыбнулась широкой кошачьей улыбкой», а женщина-вамп Валентина Чантри из «Треугольника на Родосе» зевала по-кошачьи 32. Темпераментная чаровница в «Убийстве на Рождество» обладала алчным ртом котенка. Вероятно, в этом акценте на кошачьей улыбке свое влияние оказал и персонаж Льюиса Кэрролла, циничный и улыбающийся Чеширский Кот 33. Во время зевка плотоядные, намекая на свою природу, показывают острые зубки, которые имелись и у «пожирательниц мужчин».

Кошачьи аллегории чаще применяются в отношении «слабого пола» — дабы исподволь подчеркнуть его коварство, хитрость, низменные инстинкты. Часто попадаются и сравнения с тигром. Похожая на тигрицу «светская львица» Вероника Крэй из «Лощины» снималась в фильме «Леди верхом на тигре», с тигрицей сопоставляется миссис Апуорд 34. Тигру уподоблен сгорающий от страсти в романе «Зло под солнцем» Патрик Редферн. Впрочем, помимо тигра поминаются и другие хищные кошачьи — к примеру, «горячая штучка» Мирей из «Тайны „Голубого поезда“» носит пелерину из леопарда 35. А вот Арлена Маршалл до тигрицы не доросла — Кристи отзывается о ней лишь как о «гладкой сытой кошке» 36. И это не случайно: «сытая кошка» становится жертвой «тигра» — в природе крупные кошачьи пожирают своих более мелких сородичей. Любопытно, что в рассказе «Треугольник на Родосе», который впоследствии, как известно, лег в основу «Зла под солнцем», тигриной сутью наделяется убитая «секс-бомба», однако в романе черты тигра приданы убийце.

Бельгийский котофей

Самый известный герой романистки, занявший первое место в кошачьей эстафете ее персонажей, — это мсье Эркюль Пуаро. «Он походил на сытого ухоженного кота» 37, которому присущи многие кошачьи «характерности», например кошачья ловкость и страсть к чистоте. Как узнаём из «Исчезновения мистера Дэвенхейма», бельгиец обладал голосом, способным становиться «мягким и вкрадчивым, словно кошачье мурлыканье» 38. В рассказе «Загадка дешевой квартиры» сыщик не постеснялся спародировать эту свою черту, душераздирающе замяукав из-за двери.

Точно гигантский представитель кошачьих, Пуаро умел двигаться плавно и бесшумно: в «Большой четверке» он «медленно обошел комнату, словно кот на чужой территории, мягко ступая и готовый в любую минуту встретить опасность…» 39 Даже места своего временного пребывания бельгиец выбирает в гармонии со своей сущностью — в рассказе «Что растет в твоем саду?» он сидит в кафе «Зеленая кошка», а в «Миссис Макгинти» превращает в штаб «Синюю кошку». Как и кошка Киплинга, детектив обладал чувством собственного достоинства, в «Зеркале мертвеца» его гнев вызвала беспардонность клиента: «Немыслимо, чтобы я бросил все дела и помчался к нему, как собачонка» 40. К слову, в «Миссис Макгинти» кот-детектив неожиданно обозначен как традиционный антипод всех кошачьих — «пес» 41.

Особенное сходство с «котофеем» сыщик приобретал в момент активной умственной деятельности. Эта примета Пуаро часто встречается в произведениях леди Агаты 1920-х годов. В «Убийстве на поле для гольфа» читаем: «Пуаро по-кошачьи прищурился и в его глазах вспыхнул зеленоватый огонек…» 42 «Загорелись тем самым зеленым кошачьим огнем, который я слишком хорошо знал» 43, — наблюдает этот феномен капитан Гастингс. Почему так? Для бельгийца расследование преступления — своеобразная охота: «Это был охотник, который чувствовал… преследуемый зверь где-то рядом…» 44 Подобно тому, как кот охотится на свою дичь, детектив удовлетворяет охотничью страсть, когда добыча идет к нему в лапы. Именно в эти моменты в его глазах разгорается уголек хищного азарта, «свидетельствовавший о том, что Пуаро напал на след…» 45 «Свечение» глаз присуще гипнотизерам, пронзительные мерцающие глаза были у Свенгали, иллюзиониста из весьма популярного в свое время романа Джорджа Дюморье «Трильби» (1894).

Кошачьи метафоры использовались для пояснения эмоционального состояния персонажей, например, чтобы показать настроение женщины, ее благостное расположение духа. Так, Валентина Чантри, получая удовольствие от мужского внимания, «урчала, как тигр-людоед» 46. А «счастливая женщина» в «Лощине» стремится «свернуться клубочком и сладко мурлыкать» 47. Пытаясь передать сложные чувства, обуревавшие Генриетту Сэвернейк, Кристи прибегает именно к кошачьей аллегории: «Так чувствует себя кошка, когда у одного из котят что-то не так и его приходится уничтожить…» 48

«Корм энергичных кошек»

«Уничтожают» кошки не только своих котят. Призванием кошачьих является истребление полчищ вороватых грызунов. Имидж крысы у Кристи подпорчен, имеет негативную окраску: «хитрые маленькие крысы». Явно из «Щелкунчика» взят образ крысиной империи, где правит крысиный король. В «Что растет в твоем саду?» русская девушка уподоблена «маленькой жалкой крысе» 49. Нелюбовь к крысам у Кристи — с давних времен. Рассказывая в своей «Автобиографии» об отношениях с окружающими, романистка вспоминает о двух «списках», в которые она заносила тех, кто ей мил, и тех, кого она не выносила. Последний из них был озаглавлен «Орден Крыс». Крысы являлись для леди Агаты символом предательства, неверности, подлости, что очевидно вытекает из содержания пьесы «Крысы» (часть «Правил трех»). В отличие от крысиной братии, мыши изображены у нее вызывающими жалость, как символ чего-то слабого и беспомощного. Например, в «Мышеловке» мотивчик «Трех слепых мышек» указывает на несчастных детей, попавших в сложную жизненную ситуацию. «Хикори-дикори-док. Кто же получит свой срок?» 50 — переиначивает песенку персонаж, уподобляя мышку не жертве, а преступнику.

К грызунам относятся и кролики. Незначительное, казалось бы, происшествие с мертвым кроликом становится триггером, спусковым механизмом, превратившим тихоню Нортона из «Занавеса» в коварного и безжалостного убийцу. Эпизод с гибелью кролика, который вызывает тяжелые эмоциональные переживания, был взят, по всей видимости, из «Лощины», где описаны схожие воспоминания 51. Распутывая сложный клубок преступления, Пуаро, точно фокусник, вытаскивает кролика из шляпы — то есть предъявляет публике преступника, который мечется, как «испуганный кролик». Кристи, очевидно, испытывала некоторую антипатию к крольчатине, описывая нерасполагающую к себе девицу: «освежеванный кролик» 52.

Добычей кошек также является рыба. Среди любимых своих детективных творений миссис Оливер называет «Происшествие со второй золотой рыбкой» (или «Приключения второй золотой рыбки»). В рассказе «Сон» мнимый Бенедикт Ферли сравнивает Пуаро с ярмарочным магом, который обещает достать из цилиндра золотую рыбку 53. В «Автобиографии» Кристи сообщает нам о сохранившемся в ее памяти восторге от посещения праздника-гуляния, на котором можно было раздобыть золотых рыбок.

Разнообразную семантику имеют у Кристи птицы — одна из излюбленных «закусок» кошек. Они сулят тишину и уединение, которых достигаешь в «Бухте чаек»; связываются с чем-то сладким, как строка песенки Пуаро из «Карты на стол» или сахарная птичка на тортике в «Слоны помнят» 54. Птичьи ассоциации хорошо описывают поведение кудахчущей как наседка женщины в «Раз, два — пряжку застегни» или действия злоумышленников, попавшихся в клетку, словно птички. А вульгарного мужчину Кристи называет «петухом» 55.

Посредством птичьего «иносказания» леди Агата намекает на фальшивую суть миллионера-самозванца, нескладно слепленного из отдельных частей разных птиц 56. Трансформация героини, превратившейся из гадкого утенка в прекрасного лебедя, присутствует в «Поясе Ипполиты» и «Миссис Макгинти». «Лебедем» 57 названа Ариадна Оливер, которая, как известно, выступает литературным двойником Кристи и тем самым отражает метаморфозу, через которую прошла писательница — от невзрачной и несообразительной девочки до маститого автора бестселлеров. Птицы наличествуют и вполне «зримо», в качестве интерьерных украшений в жилище госпожи Ариадны.

С другой стороны, птицы несут нечто темное, стишки о двадцати четырех черных дроздах в одноименном рассказе и романе «Зернышки в кармане» служат фоном для убийств. Хищные птицы залетают в романы «Убийство на Рождество» и «Миссис Макгинти», птичий трупик находят в «Ночной тьме», а похожие на шуршание птичьих крыльев звуки в дымоходе пугают героев «Щелкни пальцем только раз». «Результат некоего события, произошедшего со мною в детстве…» 58 — допускает лжемиллионер в рассказе «Сон». Похоже, это же справедливо и в отношении причудливых «птичьих» страхов Кристи, когда-то испытавшей сильное потрясение из-за исчезновения горячо обожаемой птички. Романистка особенно не любила птичьи лапки, вернее, ощущения от прикосновения птичьих лапок. Чтобы понять истоки этой фобии, следует обратиться к примерам из произведений других западных авторов. Например, Лиза Таттл (Lisa Gracia Tuttle) в рассказе «В лабиринте» указывает на сходство когтистой и тонкой птичьей лапки с рукой скелета 59.

Хотя бельгийский сыщик, как мы отметили выше, походил на кота, в его внешность Кристи добавила и несколько птичьих штрихов. Большинство примет, относящих мсье Эркюля к области орнитологии, сконцентрировалось в верхней части его туловища. К миру птиц отсылает яйцевидная голова бельгийца — склоненная набок, она также делает его похожим на птаху. «Цепкий взгляд» 60, необходимый пташкам для выискивания пищи, будет полезен и детективу. Его необычная манера разговора походит на прыжки пичужки: намек на психические особенности, чудаковатость, «скачку идей».

Любовь и голуби

Пташки и кошки сойдутся в противостоянии в романе Кристи «Кошка среди голубей» (Cat Among the Pigeons, 1959), события в котором разворачиваются в элитной школе для девочек. Из-за любви, большой любви к деньгам, происходит убийство, к расследованию подключают Эркюля Пуаро, несколько неуклюже вклинивающегося в этот шпионский триллер. Названием для романа послужили слова, произнесенные одной из героинь: «Мне кажется, возле нас притаилось что-то страшное… кошка среди голубей… Мы все — голуби, а среди нас кошка. Но мы не можем увидеть эту кошку…» 61

Показательно, что ключевую фразу произносит учительница английского языка и любительница (как и Кристи) Шекспира Эйлин Рич. В английском языке слово pigeon означает не только «голубь», но и «простофиля», «глупец». Помимо английской литературной традиции, на роман отчасти повлияла и французская литература. На это указывает упоминание в «Кошке» сочинения Вольтера «Кандид, или Оптимизм» 62 (1759): философ создавал свое творение в эпоху Семилетней войны, на фоне покушения Дамьена на Людовика XV — у Кристи толчком к дальнейшей драме становится переворот в Рамате, от которого бегут герои ее приключенческого повествования.

Рассуждение о «невидимой кошке» встречается во многих литературных произведениях, в разных вариациях 63, самой романистке эта метафора пришла в голову еще во времена написания «Лощины», в которой кошка-соблазнительница Вероника Крэй обреталась в коттедже «Голубятня» 64. Примерно в то же время, что и Кристи, американка Бетти Рин Райт (Betty Ren Wright) публикует криминальный рассказ «Невидимый кот» (The Invisible Cat), вышедший в 1958 году в Alfred Hitchcock’s Magazine.

«Кошка среди голубей», похоже, повлияла на произведение Робин Стивенс (Robin Stevens) («Совсем не женское убийство» (Murder Most Unladylike, 2014): весь сыр-бор происходит в школе, в спортзале которой находят труп. Что касается «невидимого кота», то данное изречение выступает одним из обозначений дьявольской силы 65.

Тема сатанизма мелькает у Кристи не раз. «Сатана и его посланники никогда не были так сильны…» 66 — говорит священник в романе «Зло под солнцем», выход которого выпал на военное лихолетье. Здесь же приводится название вымышленной колдовской книги «История колдовства и ведовства, а также о том, как составлять яды, не оставляющие следов» 67 (The History of Witchcraft, Sorcery and of the Compounding of Untraceable Poisons). Заголовок напоминает нам о труде оккультиста Монтегю Саммерса “The History of Witchcraft and Demonology”, изданном в 1926 году. Магию и яды объединяет случай отравительницы и гадалки Ля-Вуазен, известной по «Делу о ядах» 1670–1680-х годов. В строчке «не оставляют следов» сквозит ирония по отношению к детективным авторам, использующим экзотические «нераспознаваемые» яды.

Кошки и потустороннее — давние спутники. В романе «Карты на стол» голос похожего на Мефистофеля Шайтаны назван «мурлычущим». Бельгийский сыщик выражает намерение «прочитать… маленькую лекцию по истории. А предметом ее будет обычная домашняя кошка… До сих пор считается, что если черная кошка перебежала вам дорогу, то впереди вас ждет удача…» 68 Детективные таланты наделенного кошачьими чертами Эркюля Пуаро относят к «сверхъестественным способностям». «Да вы просто колдун, мсье Пуаро!» — восклицают в «Большой четверке», а в «Раз, два — пряжку застегни» подозревают, что он волшебник. «Дельфийским оракулом» окрестили бельгийца в «Береге удачи», Розамунда Дарнли в «Зле под солнцем» прямо говорит, что мсье Эркюль «дьявольски сообразителен» 69.

Фестиваль кошек в Ипре (1950-е)
Фестиваль кошек в Ипре (1950-е)

Страх перед дьяволом, колдовством и кошками сохранялся в Европе долгие столетия. Во Франции желание уничтожать кошек как посланцев Люцифера (и при этом использовать их останки для магических практик) относительно приутихло лишь к началу XIX века. На бельгийской родине Пуаро садистские выходки против кошачьего племени были чуть ли не излюбленной забавой. Известен случай масштабного уничтожения этих животных в Ипре 70: их сбросили с большой высоты на городскую площадь. Последняя задокументированная оргия подобного рода состоялась в 1817 году 71, а примерно с середины XX века жутковатая «традиция» превратилась в мирный карнавал. Возможно, причина бегства «демонического» бельгийца заключалась не только в охватившей его страну Первой мировой войне? Воспоминания о давних зверствах засели в мозгу детектива: «Я знал мальчика, у которого был котенок… Раздраженный поведением… котенка, мальчик… убил его… Жизнь котенку уже не вернуть…» 72

Черное и белое

Неравнодушие к собакам не мешало романистке насыщать свой литературный «бестиарий» кошачьим духом, хотя ей так и не удалось полностью избежать некоторых штампов. Кошки, а также другие представители животного царства помогали Кристи иллюстрировать разные проявления человеческой природы. Сцены с кошками не просто заполняют пробелы в сюжете, но и выполняют роль подсказки, раскрывающей суть происходящего. Нельзя сказать, что писательница однозначно недолюбливала кошачьих, однако независимый, немного эгоистичный их нрав напоминал манеру поведения ее первого мужа, Арчибальда, бессердечно бросившего леди Агату: грациозные кошки стали для нее символом неверности и женского коварства. Своего апогея это представление достигло в романе «Кошка среди голубей».

Как ни удивительно, главным действующим лицом творений собачницы Кристи оказался похожий на кота Эркюль Пуаро. Кошки, загадочные существа, как будто созданы для романов тайн, в их присутствии там нет ничего удивительного, ведь расследование — «охота» на преступника, игра, для которой в английском языке существует устойчивое выражение: «кошки-мышки» 73. Ловкий, подкрадывающийся к жертве хитрец Пуаро являет собой пример трикстера в литературе. Его облик постоянно меняется, он не только опасный кот, но и безобидная пичужка, высматривающая любимые зернышки.

Объяснение такому, казалось бы, сочетанию несочетаемого дает сама писательница. В романе «Зло под солнцем» бельгиец застает миссис Гарднер за собиранием пазла. Она думает, что белый кусочек — часть ковра, на что Пуаро отвечает: «Он подходит вот сюда, мадам. Это часть кота». — «Не может быть! Кот ведь черный!» — удивляется миссис Гарднер. «Да, кот черный, — отвечает сыщик, — но вот кончик хвоста у него белый…» 74

Так в индивидуальности детектива соединились темная и светлая стороны, черты хищника и добычи. Сверхъестественный кошачий блеск в глазах Эркюля Пуаро вспыхивал в 1920–1930-е годы, когда интерес к оккультному был в определенной моде. В дальнейшем он начинает гаснуть, и в итоге от мистического кота практически ничего не остается.


1 trv-science.ru/tag/agata-kristi/

2 Кристи А. Миссис Макгинти с жизнью рассталась. — М., 2002, с. 43.

3 Кристи А. Встреча со смертью: романы. — М., 2002, с. 50.

4 Богатырёв А. Энциклопедия Эркюля Пуаро. — М., 2021, с. 57–58, 76, 80, 95, 112, 116, 142–143, 216 и пр.; Rowland S. Agatha Christie Does Ecocriticism // The Bloomsbury Handbook to Agatha Christie. — London, 2023, pp. 121–138; Богатырёв А. Произведения Агаты Кристи с точки зрения топонимики: Катония // Язык, текст и культура: международная научно-практическая конференция (8–9 июня 2023 года). — Майкоп, 2023, с. 52–56.

5 Кристи А. Тайна «Голубого поезда»: романы, рассказы. — М., 2003, с. 321.

6 Graham H. Canned Classics and Other Verses. — Richmond, London, 1912, p. 107.

7 Кристи А. Встреча со смертью, с. 13.

8 Кристи А. Миссис Макгинти, с. 43–44.

9 Кристи А. Большая четверка: романы. — М., 2002, с. 586.

10 Кристи довольно легко меняла кошек на собак — и наоборот. Например, в рассказе «Немейский лев» «львом» стал не представитель кошачьих, а собрат собачьих пекинес.

11 Кристи А. Тайна замка Чимниз: романы, рассказы. — М., 2003, с. 518.

12 Кристи А. Часы. — М., 2002, с. 74.

13 Почемяу потомурр. — М., 2010, с. 59.

14 Кристи А. Тайна замка Чимниз, с. 520.

15 Кристи А. Часы, с. 72.

16 Там же, с. 73.

17 Там же, с. 74.

18 Там же, с. 232.

19 Там же, с. 73.

20 Там же, с. 71, 72.

21 Hope S., Hope T. Agatha Christie: Plots, Clues and Misdirections. — Market Harborough, LE, 2023, 208 p.

22 Кристи А. Часы, с. 224.

23 Кристи А. Тайна замка Чимниз, с. 520–521.

24 Кристи А. Большая четверка, с. 253.

25 Кристи А. Миссис Макгинти, с. 146.

26 Интересная параллель с областью науки прослеживается в «Раз, два — пряжку застегни» (1940): Пуаро и инспектор Джепп беседуют о том, может ли кто-то быть одновременно и мертв, и жив. Напомним, умозрительный эксперимент с «котом» Эрвин Шрёдингер предъявил публике в 1935 году.

27 Кристи А. Часы, с. 224.

28 Наблюдения Кристи относительно кошек подтверждают мнение экспертов: мяуканьем «кисы» общаются в основном с людьми. См.: Спадафори Дж., Пайон П. Кошки для «чайников». — М., 2006, с. 112.

29 Кристи А. Тайна замка Чимниз, с. 525.

30 «Гость Дракулы» и другие истории о вампирах. — СПб., 2007, с. 249.

31 Кристи А. Тайна замка Чимниз, с. 518.

32 Кристи А. Карты на стол: романы, рассказы. — М., 2003, с. 501.

33 В романе «Часы» повторяющийся мотив полумесяца — не только лунный символ, но и изгиб улыбки Чеширского Кота и самой Кристи, посмеивающейся над читающим ее «поделку» простофилей-читателем.

34 Кристи А. Миссис Макгинти, с. 279.

35 Кристи А. Встреча со смертью, с. 149.

36 Кристи А. Зло под солнцем. — М., 2002, с. 62.

37 Кристи А. Тайна «Голубого поезда», с. 100.

38 Кристи А. Пуаро ведет следствие. — М., 2003, с. 548.

39 Кристи А. Большая четверка, с. 156.

40 Кристи А. Карты на стол, с. 433.

41 Кристи А. Миссис Макгинти, с. 3.

42 Кристи А. Встреча со смертью, с. 120.

43 Кристи А. Пуаро ведет следствие, с. 447.

44 Кристи А. Миссис Макгинти, с. 269.

45 Кристи А. Пуаро ведет следствие, с. 523.

46 «Тигр», что вполне естественно, прилагался Кристи к описанию опасных людей. Однако причина этого заключается не только в его хищной натуре. Ярко-оранжевая шкура животного, пересеченная тенями полос, ассоциировалась у писательницы с осенью, временем упадка и смерти.

47 Кристи А. Тайна «Голубого поезда», с. 252.

48 Там же, с. 215.

49 Кристи А. Подвиги Геракла: роман, рассказы. — М., 2003, с. 531.

50 Кристи А. Хикори-дикори. По направлению к нулю: романы. — М., 2004, с. 153.

51 Кристи А. Тайна «Голубого поезда», с. 281.

52 Кристи А. Миссис Макгинти, с. 219.

53 Кристи А. Подвиги Геракла, с. 557.

54 Кристи А. Пуаро ведет следствие, с. 217.

55 Кристи А. Тайна «Голубого поезда», с. 419.

56 Кристи А. Подвиги Геракла, с. 556.

57 Кристи А. Пуаро ведет следствие, с. 260.

58 Кристи А. Подвиги Геракла, с. 559.

59 Баркер К., По Э., Лавкрафт Г., Блох Р. и др. Зомби: антология. — СПб., 2010, с. 303.

60 Кристи А. Встреча со смертью, с. 31.

61 Кристи А. Большая четверка, с. 492.

62 Там же, с. 507.

63 «Аргумент в пользу невидимых кошек» однажды привел Клайв Стейплз Льюис: если на стуле (в кресле) возлегает невидимый кот, стул будет выглядеть пустым. Естественно, ведь там сидит невидимый кот. См.: McNall J. The Mosaic of Atonement. — Grand Rapids, MI, 2019, p. 277.

64 Кристи А. Тайна «Голубого поезда», с. 260.

65 Howey M. The Cat in the Mysteries of Religion and Magic. — Clarendon, VT, 1981, p. 159.

66 Кристи А. Зло под солнцем, с. 185.

67 Там же, с. 214.

68 Кристи А. Пуаро ведет следствие, с. 423.

69 Кристи А. Зло под солнцем, с. 261.

70 Будто бы этому городу мало дурной славы на почве применения химического оружия во время Первой мировой! — Ред.

71 Marra P., Santella Ch. Cat Wars: The Devastating Consequences of a Cuddly Killer. — Princeton and Oxford, 2016, p. 32.

72 Кристи А. Занавес: роман. — СПб., 2001, с. 230–231.

73 Merriam-Webster Online Dictionary. merriam-webster.com/dictionary/cat%20and%20mouse

74 Кристи А. Зло под солнцем, с. 215.

Подписаться
Уведомление о
guest

0 Комментария(-ев)
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...